50 и одно дыхание легче - Лина Мур

— Ещё как. Он меня оттрахал прямо там. Сначала отлупил, а потом оттрахал так, что у меня звёзды из глаз сыпались. Он… чёрт, это было круто. Я забыла, что такое хороший, качественный секс с ним. Этот оргазм, он меня буквально разорвал на части, — прыскаю от смеха и качаю головой.

— То есть, у вас был очень красочный и насильственный секс в лесу, — заключаю я. Сара просто сидит, открыв рот.

— Ага. После него я была в такой прострации, что ничего не понимала. Он отвёз меня домой и вышвырнул из машины, сказав, чтобы я больше его не искала. Никогда не искала. Я ему не нужна, — добавляет Амалия.

— Ну да, не нужна, когда он волнуется за тебя и следит за тобой. И я не беру в расчёт секс, — хмыкаю я.

— Вот-вот, сначала это так обидело меня. Поимел меня, значит, получил удовольствие, нашёптывал глупости о том, как соскучился, а потом не нужна. Я разозлилась и сделала ещё хуже. Пошла на свидание с таким упырём, девочки. Вы бы его видели. Он якобы Верхний, рассказывал мне о том, как ему нравится унижать женщин и лупить их. Ну я послушала и предложила поехать к нему. Я подумала о том, что если он за мной следил раньше, то и сейчас тоже следит. На самом деле, я на это надеялась. Мы поехали к этому упырю и только вошли, как мой зверёныш ворвался и отлупил его так, что живого места не оставил. Нет, упырь жив, не переживайте. Но вряд ли захочет кого-то бить в ближайшее время, чтобы унизить. Меня мой бывший забрал, привёз к себе и снова начал орать. А я на него. Нет, я была готова к этому и даже целую речь заучила. В общем, всё высказала. Я даже разбила его телевизор. Я молодец, горжусь собой, — довольно заканчивает Амалия.

— И что дальше? На этом вы всё решили между собой? — Уточняю я.

— Ну… как сказать. Мы снова занимались офигенным сексом. И теперь мы встречаемся с ним… вообще-то, не так. Он неожиданно появляется и увозит меня. В тот день в торговом центре он тоже был, я просто забыла обо всём, Сара, прости. Мы много говорим после секса. Обсуждаем то, что было с нами, и недавно я честно ему сказала, что мне мало только секса. Но в то же время я понимаю, что сама создала всю эту ситуацию, и ему вернуться в мою жизнь невозможно. Марк его убьёт и, не дай бог, расскажет всю подноготную отцу, тогда меня точно сошлют в монастырь. В общем, он сказал, что лучше нам больше не встречаться, ведь всё становится только хуже и хуже. Я вновь привязываюсь к нему, только о нём и думаю. Я схожу с ума в одиночестве, и мне плохо. Я не знаю, как всё исправить, — печально вздыхает подруга.

— А если поговорить с Марком? Он не имеет права лезть в твою жизнь. Каждый совершает ошибки, и у каждого должна быть возможность их исправить. Тогда ты была юна и полна максимализма, хотя и сейчас такая, но теперь явно поняла тот факт, что больше не собираешься изводить и себя, и его, так подставляя, — поглаживаю Амалию по плечу.

— Он связался с несовершеннолетней, Мишель. Его могут посадить задним числом, да и мой отец вряд ли примет его обратно. Дело даже не в Марке, я боюсь последствий. Я боюсь любить его, но продолжаю это делать. Я знаю, где он живёт сейчас. Я знаю, что могу прийти к нему, но не позволяю себе этого, потому что у него есть веские причины не желать меня видеть, даже если он хоть немножечко любит меня. Он ни разу не говорил об этом. Только о том, что самый лучший секс у него со мной. Это секс. Только секс. Прошло достаточно времени, чтобы его чувства остыли, и у него были другие. У него было много женщин после меня, даже сейчас я боюсь, что он с кем-то из них, — тяжело вздыхает Амалия.

— Знаешь, сколько раз я пыталась найти любовниц Николаса в своих фантазиях? Кучу, Амалия. Это не означает, что всё именно так, как нам кажется. Вероятно, твой мужчина просто опасается вновь причинить тебе боль и заставить тебя страдать. Помнишь, ты мне предлагала написать свои условия и претензии Нику? — Амалия кивает в ответ на мой вопрос. — Так вот. Мне они помогли. Он их прочёл, а затем увидел то, что делал со мной. В мужских головах всё категоричнее, чем в наших. Мы чаще даём надежду, чем мужчины. И я советую тебе поговорить с ним или же предоставить собственный реферат о ваших с ним отношениях. Ты знаешь, где он живёт. Оставь это в его почтовом ящике, пусть познакомиться с твоей душой, а не только с телом.

— Я пыталась, Мишель. Правда, я пыталась донести до него, что люблю его, и он мне нужен. Меня не волнуют препятствия и проблемы, которые мы встретим с ним. Я его прощаю за измены и за то, что он думал о других, как и я. Я честно призналась, что спала с Джексоном, чтобы забыть о нём, но ничего из этого не получилось. Я столько всего сказала, девочки. Я всё сказала и о своих чувствах тоже. И получила ответ: «меня это больше не интересует». Это больно и обидно. Я стараюсь справиться с этими ощущениями внутри, но пока безрезультатно. Как дура слежу за тем, кто входит с ним в его дом. Пока, слава богу, он один там появляется, но я не могу переступить через себя и снова встретиться с ним после того, как он выставил меня за дверь. Не я ушла, понимаете? Это он закрыл передо мной дверь, и уже верю в то, что абсолютно не нужна ему, а интересуют его только секс и развлечения, — я слышу сейчас собственные эмоции и переживания в словах Амалии. Я тоже себя так чувствовала. Я прошла через это, и в данный момент мне следовало бы посоветовать ей постараться не совершать моих ошибок, но предпочитаю промолчать. Без собственных ошибок нельзя понять и пережить подобное. Именно ошибки позволяют нам сравнивать и делать решающие шаги. И порой ошибки крайне необходимы, чтобы двигаться дальше.

— Он тебе сказал не приходить к нему больше? — Тихо спрашивает Сара.

— О, нет. Он сказал, что если мне нужны будут приключения в постели, то его дверь для меня открыта, и он с удовольствием меня отлупит снова. А с него достаточно уже одного брака с бывшей женой, предательства и разочарования во мне. Он мне больше не верит. И я знаю, что это моя вина. Клянусь, я это отчётливо осознаю. Но он мне даже шанса не даёт доказать ему то, насколько я изменилась и поняла свою ошибку. А самое страшное знаете что? — Амалия, поднимаясь с дивана, берёт бутылку и разливает остатки вина себе и Саре.

— В его глазах нет того, что я видела в них раньше. Он с такой нежностью смотрел на меня. Он был для многих зверем, а для меня милым котёнком, который убаюкивал в своих руках. А теперь в его взгляде только похоть. Он хочет моё тело, а не сердце. Последнее стало ему безразлично. Я думала, что всё будет, как у тебя, — Ами указывает на меня.

— Мы встретимся после долгой разлуки, как вы с Николасом. Я буду кричать, и он тоже. Я буду плакать, а он винить меня во всём. Я скажу ему обо всём честно, и он увидит, как мне плохо без него. И мы укатим в закат, чтобы любить друг друга до старости. Даже кольца не надо и платья, ничего не надо. Только он. А всё вышло иначе. Я следовала своим же советам, данным тебе, Мишель, но, видимо, для меня они не работают, — подруга плюхается на диван.

— И что ты собираешься делать дальше, Ами? Ты не из тех людей, которые оставляют подобное просто так, особенно если учесть, что теперь не надо его искать, — интересуюсь я.

— Ну, пока я ещё терплю и справляюсь с эмоциями. Но скоро произойдёт взрыв. Я могу натворить глупостей. Мои отношения с отцом и так хуже некуда. Он пытается лезть в мои дела, а я огрызаюсь, потому что виню их с мамой в той боли, которую испытываю, — грустно вздыхает она.